Больше тысячи слов

Человека воспитывают не только родители. Иногда самые важные уроки приходят не из прямых наставлений, а из тихих, ежедневных деталей: из того, как разговаривают между собой старшие, как они реагируют на новости, что ценят, на что обращают внимание. Воспитывает атмосфера дома, семейные традиции, настроение за утренним столом — всё то, что ребёнок видит каждый день и что делает его мир устойчивым и понятным.
В моей семье таким тихим воспитателем была газета. Простая бумага, которую кто-то приносил из почтового ящика, аккуратно разворачивал, клал на стол — и в дом входило не просто известие, а повод подумать, обсудить, запомнить.
Газета была участником диалогов и свидетелем споров. Она формировала характеры так же незаметно и бережно, как родители формируют отношение к людям.
В нашем доме часто повторяли: человек становится сильнее, когда интересуется жизнью. И газета, приходя к нам каждую неделю, учила именно этому — интересоваться, думать, задавать вопросы.
Я помню дедушку — Валентина Ивановича. Он никогда не читал газету торопливо. Держал её в руках как документ, в котором каждое слово имеет вес. Иногда отрывал взгляд от бумаги, делал короткий вдох и говорил тихо:
— Вот такие дела.
Или:
— О, как…
Эти короткие фразы открывали разговоры, которые формировали нас куда сильнее, чем мы тогда понимали.
Папа, Валерий Павлович, традиционно начинал подготовку к Новому году с оформления подписки: сначала на «Заветы Ильича», позже — на «Голос Экибастуза». Не было случая, чтобы он забыл или не успел выписать газету. И сегодня, несмотря на возраст, он лично приходит в редакцию, оформляет подписку и еженедельно забирает свежий номер.
Дома он разворачивает газету, внимательно читает каждую страницу, затем аккуратно складывает её, достаёт дырокол — тот самый, «только для газеты», — и подшивает номер. Подшивка всегда лежит на рабочем столе — рядом, чтобы была под рукой.
Если в детстве папу отвлекали, он не сердился, но поднимал глаза поверх газеты и весомо говорил:
— Тихо. Я газету читаю…
Мы замолкали. Это было уважение к слову и к делу, которое служит людям.
Субботние утра были нашими семейными праздниками. Газета приходила по пятницам, и суббота начиналась не с чайника, а с того момента, когда папа разворачивал свежий номер.
— А вот это интересно! — говорил он и пересказывал текст своими словами.
Особенно радовался, когда видел знакомые лица и фамилии.
— Надо же, про Генку написали… И Николай Борисыч на фото, — показывал он нам страницы.
Следом шли истории о коллегах, одноклассниках, знакомых — людях, чья жизнь вдруг становилась частью городской хроники.
Самые важные публикации отмечались закладками или вырезались.
Главным хранителем семейной газетной памяти всегда была мама — Галина Валентиновна. У неё до сих пор хранятся аккуратно сложенные вырезки из газет разных лет: статьи про нашу семью, про детей, про внуков.
Она бережно хранит их, как хранят семейные фотографии. Иногда достаёт папки, перекладывает листы, перечитывает. И каждый раз это не просто газетные строки — это время, в котором мы жили и росли.
Наверное, поэтому мой путь в журналистику не был случайным. Редакция «Голоса Экибастуза» стала для меня продолжением той самой семейной традиции — сохранять и не терять.
Самым сильным нравственным уроком моего детства стала бабушкина статья в газете «Заветы Ильича» (ныне «Голос Экибастуза»).
Мы возвращались с бабушкой Марией Павловной из детского сада. Возле мусорки лежали выброшенные засохшие баурсаки. Бабушка остановилась резко, будто увидела что-то страшное.
— Люда… Как же так? Хлеб на помойке. Во время войны мы мечтали о кусочке хлеба. Люди умирали за него…
Она вспоминала блокаду, поле, тяжёлые мешки с зерном, ломтик хлеба, который делили на пятерых детей.
Пройти мимо было нельзя.
Дома бабушка подложила тетрадный лист под левую руку и дрожащим почерком написала письмо в редакцию. Статья вышла в ближайшем номере под названием «Цена хлеба».
О ней говорили во дворе, в доме, в детском саду.
— Вы написали то, что у нас у всех в сердце. Только мы молчим, а вы — нет, — сказала соседка тётя Шура.
В детском саду после этого провели занятие — говорили о хлебе, о войне, о цене человеческого труда.
Тогда я впервые поняла: газета — это память, которая умеет действовать.
Бабушка сказала мне фразу, которую я ношу всю жизнь: «Человек, который умеет писать, должен говорить правду».
В редакцию «Голоса Экибастуза» — ту самую, где много лет назад вышла бабушкина публикация, — я пришла в 2003 году после окончания университета. Редакция стала для меня второй семьёй.
За годы работы через мои руки прошли сотни историй — громких и очень тихих. Историй людей, которые строили город, работали на предприятиях, растили детей, пережили войну и послевоенные годы.
Особенно — рассказы ветеранов Великой Отечественной войны. Я помню почти каждого. Паузы между фразами, взгляды, в которых было больше, чем в словах, и чувство ответственности — успеть записать, сохранить.
Накануне 70-летия Победы я остро почувствовала: уходит возможность записать историю человека, который о вой­не почти не говорил. Моего дедушки.
— Главное — помнить, — повторял он.
Но тогда согласился.
Мы сели за стол. Он налил чай.
— Ну давай. Расскажу, что помню.
Он говорил долго. Вспоминал товарищей, дороги, ночной снег, голоса тех, кто не вернулся, и смех тех, кто дошёл до Победы.
Когда статья вышла, он долго держал газету в руках, а потом сказал тихо:
— Нормально.
И я поняла: газета стала летописью и моей семьи.
Таких публикаций в «Голосе Экибастуза» — тысячи. Честных, правдивых, тех, что стали памятью города. Но случалось и так, что газета меняла судьбы. За годы работы было немало историй, когда публикация становилась вопросом жизни и смерти. Когда читатели собирали деньги на дорогостоящие операции, помогали незнакомым семьям, спасали детей.
Одна из таких историй — о пятилетней девочке, которой требовалась пересадка почки. Стоимость операции в Израиле составляла 15 тысяч евро. Газета рассказала об этом — и средства были собраны.
Но дальше произошло то, что не вписывается ни в какие планы: донором стал отец девочки. Одну из первых таких операций в стране провели в Казахстане. Собранные деньги семья передала на лечение других детей.
Спустя годы в редакции раздался телефонный звонок. Я подняла трубку — и на мгновение сердце сжалось от мысли, что с ребёнком случилось что-то плохое.
Но голос на другом конце был счастливым:
— Наша дочка сегодня пошла в первый класс. Мы просто хотели разделить эту радость с вами. Спасибо, что тогда были рядом.
Папа однажды сказал: «Соцсети — это взгляд мимоходом. Газета — это разговор».
Газета требует времени. А время — это форма уважения.
Когда человек оформляет подписку, он как будто говорит: «Я хочу, чтобы истории моего города жили. Чтобы их могли прочитать мои дети и внуки».
Думаю, бабушка Мария Павловна, увидев меня сегодня в редакции, сказала бы:
— Пиши. Чтобы знали и помнили.
И я пишу.
Потому что газета — это мост.
Между прошедшими и будущими.
Между памятью и временем.
Между городом и семьёй.
И этот мост нужно хранить.
Людмила КАЗАНЦЕВА, редактор газеты «Голос Экибастуза».
На фото: Валерий Павлович и Галина Валентиновна — преданные подписчики «Голоса Экибастуза».